x
channel 9
Автор: Владимир Янкелевич Фото: 9 Канал

Голодай, голодай, мой милый!..

Голодовка арабского заключенного Мухаммеда Алаана — очередной больной вопрос в наших палестинах и, как любой больной вопрос, требует рассмотрения.

Суть дела вкратце в том, что Алаан голодает в знак протеста против административного ареста уже почти 60 дней, возникла угроза его жизни, и потому встал вопрос о его принудительном кормлении.

Множество публикаций говорят, что принудительное кормление запрещено международным законодательством и приравнивает его к пыткам, но о самом законодательстве, как правило, умалчивают, да и случай голодовки — явление не уникальное, они были до нас и не при нас закончатся, есть смысл рассмотреть примеры международной практики.

Как обычно, вариантов не так много. Первый — не кормить и дать умереть в тюрьме, второй — не кормить, а начать принудительное кормление тогда, когда появится угроза жизни, и третий — принудительно кормить по решению административных органов.

Этот вопрос не нужно связывать с самим фактом административного ареста, как того хочет Алаан. Те, кто принимают решение по вопросу принудительного кормления — не решают вопросы административных арестов.

В этом и во многих других вопросах как обычно в Израиле желают быть “святее Папы римского”. Видимо, место такое, но святым, нравящимся международным институтам, не удастся быть при любом решении.

А какова международная практика?


О международной практике


Германия. Голодовка “Группы Баадер-Майнхоф”

В Германии, начиная с 1970 г., действовала террористическая организация “Группа Баадер-Майнхоф”. Одним из лидеров группы был Хольгер Майнс, специалист по “коктейлям Молотова” и бомбам специальной формы для доставки женщинами, позволяющим имитировать беременность.

Вместе со своими подельниками объявлял в тюрьме голодовки и в конце концов умер от истощения. Остальных кормили насильственно.

Решение: Пусть голодают, затем принудительное кормление.


Великобритания. Ирландская голодовка 1981 года

ИРА вела долгую и упорную террористическую войну с правительством. Арестованные террористы объявили голодовку. Хотелось обеспечить себе общественную поддержку и оказать максимальное давление на премьер-министра Маргарет Тэтчер. Но Тетчер плохо поддавалась давлению, она была, как и Голда Меир, “единственный мужчина в правительстве”.

Вполне ожидаемо Тэтчер отказалась идти на уступки. Смысл решения правительства можно сформулировать примерно так:

“Если голодающие решили покончить с собой, то это их выбор. Правительство не будет принудительно кормить, не будет вмешиваться”.

Голодовка была прекращена после смерти десяти заключенных. Причина смерти была записана, как “добровольное голодание”.

Британская пресса приветствовала твердость правительства как триумф Тэтчер.

Решение: Пусть голодают, это их осознанное действие, они имеют право распорядиться своей жизнью.


США. Голодовки в Гуантаномо

Голодовки в тюрьме на базе в Гуантанамо началось в середине 2005 года. Решение было принято практически сразу, голодающих кормили принудительно. Майор Вейр, пресс-секретарь базы, сказал:

“Мы не позволим им умирать с голоду, доводить до причинения вреда своему здоровью”.

Главный врач базы пояснил, что принудительное кормление является последним средством и используется только тогда, когда беседы не помогли и индекс массы тела арестованного упал ниже допустимого диапазона. Нужно отметить, что на базе никто не умер, но голодовки в дальнейшем повторялись неоднократно.

В ноябре 2014 Комитет по правам человека ООН решил, что "принудительное кормление заключенных, объявивших голодовку, это жестокое обращение, нарушающее Конвенцию против пыток”.

Администрация Обамы и Пентагон с этим не согласились. Было заявлено, что принудительное кормления в Гуантанамо гуманно и предназначено исключительно для предотвращения самоубийств:

“Мы обеспечиваем безопасное содержание арестованных и не позволим нанести им вред себе длительной голодовкой. Это ни в коем случае не пытка. Медицинские работники используют для принудительного питания хорошо известные и безопасные методы кормления”.

“Я не хочу, чтобы они умерли”, — сказал президент Обама.

Совет по правам человека ООН думает иначе. Вместе с Всемирной медицинской ассоциацией они сочли принудительное кормление в Гуантанамо видом пыток.

Показательно, что адвокаты Мохаммеда Бавазира, заключенного, голодавшего в Гуантаномо, утверждая, что его принудительное кормление было пыткой, на самом деле протестовали исключительно против методов этого кормления, а не против самого факта.

Решение: Принудительное кормление. “Не позволим нанести им вред себе длительной голодовкой”.


Что говорят международные законы?

Основные документы по вопросу принудительного кормления — Токийская и Мальтийская декларации.

Токийская декларация была принята в октябре 1975 года на 29-й Генеральной ассамблеи Всемирной медицинской ассоциации с дополнениями от 2005 и 2006 годов. В общем, она говорит, что “пытки противоречат законам гуманности” и самой высшей цели врача, который должен “облегчать страдание человека”. Декларация утверждает, что врачи не должны участвовать, потворствовать или давать разрешение на пытки или жестокое обращение с заключенными или задержанными.

Против пыток? А кто спорит? Там же определено понятие пыток, “как преднамеренное, систематическое или бессмысленное причинение физических или психических страданий одним или несколькими лицами, действующими в одиночку или по приказу любого органа…”

Принудительное кормление можно подогнать под это определение лишь при очень большом желании, когда пыткой можно назвать что угодно, все то, что, по словам “пытаемого”, приносит ему страдания. Многим из “пытаемых” приносит страдание само существование Израиля, так что, самоликвидироваться? И какая связь этого определения пыток с принудительным кормлением для предотвращения самоубийства при голодовке из текста Токийской декларации понять невозможно.

Тем не менее, этот документ однозначно требует не применять искусственное кормление заключенного, адекватно осознающего свои действия.

Вот что интересно и непонятно — как врачи, принявшие эту Декларацию, увязали запрет мешать самоубийству голодовкой с Преамбулой этого же документа? В нем написано:

“Обязанность врача практиковать медицину для служения человечеству, для сохранения и восстановления телесного и психического здоровья, без различия лиц, для облегчения страдания своих пациентов”.

Показательно, что иные виды самоубийств по различным причинам, в том числе и в знак протеста, такие, как, к примеру, самосожжение, интерес у Медицинской ассамблеи не вызвали. Препятствовать таким действиям вроде обязанность по-прежнему.

Мальтийская декларация была принята в ноябре 1991 года на 43-й Генеральной ассамблее Всемирной медицинской ассоциацией. Трудно было принять этот документ и совместить в нем несовмещаемое, но не спорить же с Комитетом по правам человека ООН.

Эта декларация признает, что голодовка создает ситуацию с риском смерти или нанесения серьезного вреда здоровью, что приводит к конфликту ценностей для врачей. Декларация называет этической дилеммой случаи, когда голодающий оставил четкие инструкции не реанимировать его, но он уже достиг стадии когнитивных нарушений, то есть снижения памяти, умственной работоспособности и других функций по сравнению с исходным уровнем.

И тут Декларация вводит в действие принцип “с одной стороны-с другой стороны”, то есть “Принцип благодеяния” требует от врачей реанимировать голодающих, но уважение к индивидуальной воле удерживает врачей от вмешательства. Оба этих принципа мирно живут в одном документе.

Декларация в конце концов говорит, что “принудительное кормление, вопреки информированному и добровольному отказу от кормления, является неоправданным”. И еще: “Благо не обязательно предполагает продление жизни любой ценой”. То есть если решили — пусть мрут.

Но Токийская и Мальтийская декларации — не единственный документ, они дают только общее направление, без деталей.

Детали есть в прецедентном решении Европейского суда про правам человека №54825/00 от 05.04.2005 в деле “Невмержицкий против Украины”.

И вот тут есть для нас неожиданности.

Это решение однозначно говорит, что международное право не запрещает насильственное кормление заключенных. А что же запрещает? Запрещается такой способ кормления, при котором они могут пострадать и получить какие-либо повреждения. Более того, кормить обязательно, если есть явная опасность для жизни человека.

Кроме того, суд постановил, что принудительное кормление не может считаться унижающей достоинство процедурой, если она необходима для спасения человеческой жизни, но это кормление нужно проводить на основании медицинского заключения, что угроза жизни есть. И, конечно, не использовать наручники, роторасширитель, не кормить человека через зонд, вставленный в нос.

Длительная голодовка вне зависимости от причин, по которой она проводится, является формой самоубийства и требует обязательного оказания медицинской помощи голодающему в случае угрозы для жизни. Отказ или непредоставление медицинской помощи влекут за собой серьезную ответственность в соответствии с действующим законодательством. Ведь необходимость спасать самоубийц, кончающим счеты с жизнью иным способом, не вызывает сомнения, не так ли?

Кроме того, Европейский суд про правам человека определил, что, когда есть подлинная медицинская необходимость спасения жизни заключенного, принудительное питание не нарушают этику Всемирной организации здравоохранения.


Что рассказывает по этому поводу доктор Леонид Эйдельман?

Леонид Эдельман не просто врач, он председатель Израильской медицинской ассоциации (ИМА), уж он-то международное законодательство знает наверняка.

Он ссылается на те же документы, но говорит нечто иное:

Принудительное кормление считается пыткой и запрещено в соответствии с этическим кодексом Израильской медицинской ассоциации и различными международными резолюциями, в том числе Токийской декларацией Всемирной медицинской ассамблеи. (В тексте Декларации этого нет — примечание авт.)

Врач, который насильно кормит заключенного, таким образом рискует уголовным преследованием за границей, даже если в Израиле закон позволяет насильственное кормление заключенных.

Даже если примут закон, обязывающий нас его принудительно кормить, врачи должны отказаться это делать.

Красный Крест объяснил палестинцам, что израильские врачи не могут использовать принудительное кормление из-за этических ограничений.

А как же неоказание помощи умирающему? Или это уже стало соответствовать “Этическому кодексу”? А решение Европейского суда по правам человека, как с ним? Да и с Красным Крестом, извините, доктор недостаточно точен.


А что на самом деле говорит Красный крест?

Лучше всего это выяснять непосредственно на сайте международного комитета Красного Креста (МККК).

Там говорится, что врач МККК должен убедиться, что у арестованного нет психического расстройства. В случае такого заболевания принудительное кормление предписано однозначно.

Затем врач должен убедиться, что голодающему разъяснены врачом последствия отказа от пищи. Ну а если им все объяснили, и они контролируют свои действия, то их выбор нужно уважать.

До каких пор? А пока он способен принимать рациональные решения. А вот если такая способность сомнительна, то нужно медицинское заключение о способности или неспособности заключенного к адекватным решениям, которое должно быть подтверждено по крайней мере еще одним независимым врачом. И уж если он не способен к адекватным решениям, тогда придется кормить.


А что по этому поводу говорит комитет ООН по правам человека?

Комитет по правам человека, направленность его рекомендаций в Израиле достаточно хорошо известны и отличаются совершенно неудивительной и предсказуемой направленностью. Вполне достаточно, например, познакомиться с его мнением по операции “Несокрушимая скала”. Если факты мешают политическому заказу, то тем хуже для фактов.

Так, специальный докладчик ООН по вопросу о пытках Хуан Э. Мендес “принудительное кормление” назвал “бесчеловечным и унижающим человеческое достоинство”. А специальный докладчик ООН по вопросам здравоохранения доктор Дайнюс Пурас отметил также, что кормление заключенных, объявивших голодовку, без их согласия несовместимо с правами человека ни при каких обстоятельствах.

Место для этих заявлений там же, где и для остальных подобных, но Израильскую медицинскую ассоциацию вполне понять можно. На самом деле могут возникнуть проблемы, если, к примеру, врач, не принявший описанные выше противоречивые рекомендации, решит какое-то время поработать в зарубежной клинике.


Так что же делать?

Израильский Закон “Искусственное питание для объявивших голодовку”, который так резко критикует ООН, прошел первое чтение в 2014 году. Теперь нужно дожидаться утверждения в 2-м и 3-м чтениях.

Так что же он говорит и насколько противоречит медицинской этике?

Закон говорит, что принудительное кормление будет применяться только в исключительных, угрожающих жизни ситуациях. В случаях, когда голодающий находится в смертельной опасности, такие методы, как принудительное кормление, это небольшая цена за спасение жизни.

По этому поводу однозначно высказался не только Европейский суд по правам человека, но и в 2006 году Международный трибунал по бывшей Югославии. Их решения признают обязанность государства охранять здоровье и жизнь голодающих, совмещая это обязательство с правами заключенного.

Что же выбрать? Спасение жизни, как в США, или “пусть голодают, раз решили”, как в Великобритании при Тетчер?

В этом вопросе не нужно смешивать причины голодовки и действия по спасению или неспасению жизни. Причины голодовки — они вне компетенции врачей.

Решение, кормить голодающего или нет, должно находиться не в компетенции врача, это должен решать суд, что подтверждается приведенными выше фактами рассмотрения этого вопроса авторитетными международными судебными инстанциями. А спасать жизнь — вроде обязанность, которую еще никто не отменял.


Эпилог

БАГАЦ, разумеется, без лишних формальностей откликнулся на заявления правозащитников. И пока, как говорится, суд да дело, сопровождавшиеся арабскими беспорядками возле больницы Барзилай в Ашкелоне, где содержат голодающего террориста, и множества всевозможных политических заявлений разнообразных политпрофи, начиная от депутатов “Арабского списка” и кончая министрами правительства и тем же Эйдельманом, “больной”, по сообщениям прессы, малость очухался и начал принимать пищу. В медицинском смысле, конечно, но теперь его драгоценной жизни, пишут — ничего не угрожает.

БАГАЦ должен быть счастлив — ему не пришлось принимать окончательное решение диетического вопроса. Многодневные дебаты о том, как поступить с арестованным: выпустить немедленно, изгнать на 4 (почему именно четыре года?) из Эрец Исраэль, кормить принудительно и т. п. — потеряли смысл. Как пелось в куплетах времен той, единственной, гражданской:

Оц-фоц-перевертоц! Бабушка здорова! Оц-фоц-перевертоц! Кушает компот!..

Скорее всего, продержат его на откорме еще месяца три до истечения назначенного срока превентивного ареста. И — на свободу с чистой совестью! Тем более, что по некоторым данным, с голодухи парень мозгами повредился. Но, с другой стороны, когда это было препятствием для политической или террористической деятельности?

А что же в сухом остатке? — Его пример — другим наука. Уже появились сообщения о начале голодовок десятками террористов, находящихся в израильских тюрьмах.

Нынешние власти Израиля, погнавшись за двумя зайцами: “гуманностью” прогрессивного человечества и обеспечением безопасности Еврейского Государства, похоже, словили обоих. Но зайцы уж больно здоровые и, будучи удерживаемыми за уши, так мощно трепыхаются и грозятся вырваться, что руки, их предержащие, по сути парализованы.

А все от чего? Ибо “в ту минуту, когда Израиль начал переговоры с Мухаммедом Алааном, тот победил…” — Моше Фейглин.

Источник

Мнение авторов публикаций может не совпадать с мнением редакции сайта

authorАвтор: Владимир Янкелевич

военный эксперт http://www.polosa.co.il




Комментарии для сайта Cackle